В первые годы двадцатого столетия Роберт Грейниер, человек, чьими инструментами были топор и костыльный молоток, надолго покидал родной порог. Его работа уводила его в глухие места: он рубил вековые сосны, монтировал рельсовые пути, возводил опоры для мостов. Месяцы пролетали в этом тяжком труде. На его глазах преображалась земля: вырастали стальные магистрали, отступали чащи. Но он видел и другую сторону этого прогресса — изнурённые лица таких же, как он, работяг, приехавших за лучшей долей. Цена каждого нового пролёта или уложенной шпалы измерялась не только в кубометрах леса, но и в каплях пота, в стёртых до крови ладонях.