Детство Шелдона Купера нельзя было назвать простым. Его ум работал не так, как у других детей. Пока сверстники гоняли мяч во дворе, он размышлял о фундаментальных законах физики. Родителям было непросто понять своего сына. Мать, женщина глубоко верующая, чаще водила его в церковь, чем в научный музей, молясь скорее о его душе, чем о успехах в науке. Отец, в прошлом тренер по футболу, находил утешение в вечернем телевизоре с банкой пива, чем в сложных объяснениях сына о квантовой механике. Со школьными товарищами тоже не складывалось. Разговоры Шелдона о том, где раздобыть материалы для серьёзных опытов, вроде обогащённого урана, вызывали у них не интерес, а скорее недоумение и желание держаться подальше. Он рос в своём собственном, очень сложном мире, который мало кто вокруг был готов принять.